В этих доводах телега, как говорится, ставится впереди лошади. Международные документы должны использовать корректные термины, а некорректное использование терминов делает некорректными и документы, их содержащие: не документ определяет качество термина, а качество термина – качество документа. То, что некий термин чаще используется на международном уровне, не может сделать его верным: тысяча нулей никогда не дадут единицу. Доводы Брижита могут быть уместны в англо-американской правовой системе, где существуют прецеденты и частота использования термина в определенном контексте (обычай) «узаконивает» его применение в юридическом поле. Однако в России с ее романо-германской правовой системой эта логика неприменима. Мы нуждаемся в законодательной норме, и это заставляет нас стремиться вывести логически достоверное понятие, у которого есть шанс стать законом, т. е. правилом для всех.

Тезис, что термин «право на здоровье» якобы помогает осознать, что речь идет не только об охране здоровья, но и о праве на ряд условий, без которых оно невозможно (доступ к чистой питьевой воде и здоровая экологическая обстановка), обобщен в российском определении «охраны

здоровья граждан»: в частности, здесь говорится о совокупности мер политического, экономического, правового, социального, культурного, научного, медицинского, санитарно-гигиенического и противоэпидемического характера.

Таким образом, приведенные аргументы нельзя признать убедительными, поскольку они не дают научного обоснования термину, а отсылают лишь к той части юридической практики, корректность которой вызывает обоснованные сомнения. Неверная практика подлежит научному анализу и должна быть пересмотрена.

Анализируя вышеприведенные международные акты, можно сделать вывод, что они говорят не о том, что человек вправе иметь здоровье (право на здоровье), а о том, что он вправе прибегнуть к инфраструктуре, созданной государством и обществом (совокупность мер по охране здоровья) для реализации этого права. И тогда происходит полное слияние смыслов выражений «право на здоровье» и «право на охрану здоровья». Однако последнее понятие является более точным с правовой и содержательной точек зрения, поскольку в отличие от понятия «здоровье» понятие «охрана здоровья» всегда связано с действиями конкретных лиц – субъектов права, и это право может быть объективировано. Между тем выражение «право на здоровье» выглядит значительно более субъективным.

Таким образом, предпочтительнее иметь дело с правом на охрану здоровья

, а о соответствующей комплексной отрасли права есть смысл говорить как о здравоохранном праве.

Страницы: 1 2 

Смотрите также

Административная ответственность за налоговые правонарушения
В обществе сейчас бытует мнение, что налоговые правонарушения это только лишь незаконное уклонение от уплаты налогов налогоплательщиками. Это не так, хотя неуплата налогов и является в данно ...

ЗАЯВЛЕНИЕ АВТОРА
Для понимания первых четырех книг этого труда следует заметить, что 1) под словом республиканская добродетель  я разумею любовь к отечеству, т. е. любовь к равенству. Это не христианская или н ...

Принципы административной ответственности за налоговые правонарушения.
При применении административных методов воздействия к должностным лицам предприятий, учреждений и организаций (руководителю и главному бухгалтеру) необходимо установление вины, поскольку в соответс ...